Дмитрий Токман

Архивы
Свежие комментарии

Ви-ктор-цой. Новодельная мантра нашего времени. Попробуй назвать его Виктором Робертовичем — звучать будет так же кюхельбекерно и тошно, как Владимир Ленин без отчества. Спроси у приятеля, кто он, — получишь в ответ: «Он Бог. От него свечение исходит».

По всей Руси великой, будто ставни поутру, пооткрывались клубы поклонников его творчества. Его имя святится на каждой третьей стене, его памятью оккупируются сотни арок и полуподвалов. Однако нехорошая улыбка долго не сходит с лица, когда вдруг узнаёшь, что там-то и тогда-то группа фанатов В. Цоя проникла вечером в детсад и устроила там шабаш действительно по-чёрному, переломав мебель и попортив продукты. «Мы мстили за Витю». Не иначе как Витя был зверски замучен боевиками именно из этого садика. Сам Цой к подобным деяниям, понятно, никакого отношения не имеет, однако об оргиях памяти Башлачёва мне слышать не приходилось…

Но это всё так себе, волчьи ягодки, если принять во внимание чисто трансцендентную сторону вопроса.

…Лариса Джегутанова живёт в Запорожье. На контакт с Виктором выходит по пятницам с 18.00 — так велел он сам. Общение началось вскоре после гибели певца. О коллизиях и перипетиях этого таинственного взаимодействия нижегородская газета «Ленинская смена» поведала недавно аж в трёх номерах. Материал, что называется, в духе времени — хочешь верь, хочешь нет; как сказал бы тот же Б. Г., «ты можешь спорить со своею женой, а у меня есть свой собственный Цой». И всё бы хорошо, но в статье приведены четыре из надиктованных стихотворений. А стихи прозрачно намекают на тот факт, что Цой у Джегутановой ну уж слишком «собственный»:

Око за око, зуб за зуб —
Чьи-то слова душу мне рвут,
Чей-то рассказ меня в омут ведёт,
Огонь раздувает и сердце мне жжёт.
Буду я помнить о сотнях ребят,
Что с войны не вернулись
И в земле мирно спят.
Где-то, быть может, идёт война,
Где-то землю сжигают дотла.
Где-то матери стонут в бреду,
Где-то их дети «играют» в войну.

Лариса в интервью пояснила, что пыталась спорить с духом Виктора, видя, «что с рифмой что-то не то». Но он меня почти всегда обрывает: «Молчи и пиши». Интересно, а не услыхали ли вы, знакомясь с приведённым текстом, фразы: «молчи и читай!»?..

Со слов Л. Джегутановой, астральный двойник Виктора был участником космической войны на стороне светлых сил, в этой войне погиб, а земной В. Цой (коего мы и почитали за настоящего) при этом обязан умереть параллельно.

Автор этих строк имеет смелость предполагать, что если воспользоваться такой терминологией, то Виктор Цой именно светлыми силами и был убран, так как начал дискредитировать идею внутрисоциального протеста в роке, а главное, нивелировал сам язык рок-текста, этот тусовочно-элитарный жаргон, до уровня лексики «братков с микрорайона», благодаря чему мы получили невиданное зрелище: ребят в штанах от Ади Дасслера, позлащённых печатках и с магнитофонами, из коих доносился такой знакомый голос. «Какой это рок? — лыбились гопники. — Это ж Витюха!» Но всё это — в порядке частного мнения, не более.

Наиболее оригинальная версия изложена в письме, пришедшем в редакцию той же «Ленинской смены» после публикации джегутановской эпопеи. Читайте и думайте, сравнивайте и запоминайте:

«Сделка с дьяволом (* Даём в сокращении)

Хотел написать раньше, но тут этот дурацкий переворот. Кстати, могу заверить вас и всех экстрасенсов-жуликов: мы к этому путчу не причастны. Мы — это так называемые Силы Тьмы.
 
Я — Избранник. Один из них. Бывший. Я занимал довольно высокую ступень в иерархической лестнице.

Однажды в одном южном городке я был завербован человеком по имени Ардело. Он представился дьяволом. Завербован как бы в шутку. Но через шесть лет он меня нашёл, хоть я и не давал ему своего адреса.

Я был Координатор и работал в Тройке. В Тройку входят Координатор, Компенсатор и Исполнитель. Эти названия сами говорят за себя. Когда Координатор считает нужным пустить под откос поезд, Компенсатор старается, чтобы выжило как можно больше людей. Исполнитель берёт на себя техническую часть дела.

Теперь о Цое

Когда погиб мой Компенсатор Акза, спасая мне жизнь, я был в шоке. Мне было так плохо, что хотелось умереть вместе с ним. А через несколько дней, когда кремировали Акзу, я увидел в толпе избранников знакомое лицо. «Как Цой»,— подумал я.

Тут ко мне подошёл Заро. Избранник, Мой Исполнитель и лучший друг в том мире. «Пойдём, я познакомлю тебя с новым Компенсатором», — сказал он. Он подвёл меня к Цою. Он ещё «не врубился» в наши проблемы и ситуацию, как сам говорил, но, понимая момент, был серьёзен и печален. Это мне понравилось. Это было на наших островах Шерл, где у нас была столица параллельного государства (параллельных миров, кстати, великое множество).

— Акриаро, 147, — представился я и протянул руку.
— Виктор, — произнес он.

У каждого из нас на левой стороне груди наколоты кличка и номер. Этого Виктор не понимал. И наотрез отказался иметь свой номер. Но мы за глаза звали его «первым». «Витя строит перестройку», — шутили мы.

Работа в Тройке была очень напряжённая. Я до сих пор не понимаю, когда он успевал сочинять свои песни. Дома концерты, запись, здесь — война… Мы приезжали в параллельный мир на один или несколько дней, а то и часов. Работали в других государствах, а чаще на другом континенте. Песни Цоя оказывали магическое действие на всех Избранников. Когда он пел песни из своего первого альбома, все подпевали ему: «а-а, у-у-у».

Светлые, тёмные, серые… Это ярлык. Светлые силы так же коварны, как и тёмные. Это зависит от обстоятельств. Набрались светлые силы и пошли войной. Против всех и вся без разбора, нарушая вселенское равновесие и гармонию миров. А это чрезвычайно опасно. Их нужно было остановить. И началась эта проклятая война. Только поэтому Виктор и появился среди нас. У него был мощный энергетический потенциал.

Погиб Виктор хорошо. В параллельном мире ночью нас атаковал свет. Шёл дождь. Виктор любил дождь. И все мы любили. На нашу дачу, где мы находились, напали. Мы отстреливались, как могли, и переговаривались по рации. «Светлые» глушили, как могли. Вдруг в разговор включился Виктор. Он подъезжал к дому на машине и услышал в темноте стрельбу.

— Что случилось, Заро? — послышалось в рации.
— «Свет» нас душит. Окружили. Дорога блокирована. Дальше тебе нельзя…
— Что будем делать?
— Уезжай…
— Я приеду, я сейчас приеду.

И больше ни слова

Мы с Заро кричали в рации, что этот бой не его, что он не прорвётся. Но… верь мне, я знаю — нам надо быть вместе, верь мне, и я буду с тобой в этой драке… Таков Цой.

И он прорвался… Чудом прорвался на своей машине. Мы набились в неё, и он вывез нас. Тоже чудом. Задавив несколько человек. Но впереди оставался ещё один. Пуля пробила лобовое стекло… Виктор ткнулся в него, как будто заснул.

Утром Ардело переиграл время. Не знаю, как это происходило, но это делалось невероятно редко и только в стратегических целях. Он не хотел сначала, но наше упрямое молчание пятерых оборванных и испачканных с ног до головы кровью и грязью, наши слёзы на усталых лицах были тяжёлым упрёком Ардело.

…Когда Заро появился там, на берегу, Цой удивился и обрадовался. Даже что-то пошутил. Но, увидев выражение лица Заро, замолчал.

— Я из будущего, — сказал Заро.

Воцарилось молчание. Я хорошо представляю себе эту сцену по рассказу Заро.

— Ты закончил свой альбом?
— В целом, — Виктор закурил сигарету. Он уже всё понял, ибо дураком никогда не был. — Я погиб?
— Да…
— Сколько у меня времени?
— Минут двадцать.
— Расскажи, как я погиб.

Заро рассказал.

— Давай ещё покурим…

Они снова закурили.

— Я ни о чём не жалею… Прощай…

Виктор собрался, сел в машину и уехал. Он знал, что до дома ему не доехать, что жить осталось считанные минуты, и, может быть, немножко боялся той боли, которую предстояло испытать. Боли расставания с жизнью. Жизнь он всё же любил. Но простился с ней, как никто другой. Просто собрался и поехал.

Вот как всё это было…

Акриаро, 147, с уважением к вам».

Письмо это в комментариях не нуждается. Скорее, оно само является неплохим комментарием к теме, которую я пытался затронуть. Будь это подлинное свидетельство «оттуда» или изящно написанное эссе — разница уже несущественна. Явление, порождённое феноменом Цоя, достигло таких масштабов, что уже не опосредуется первопричиной. А там и причине недолго забыться.

Я, как вы догадываетесь, не о дьяволе. Всё больше о детских садиках…


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.