Дмитрий Токман

Архивы
Свежие комментарии
Лимонов о России, мире и революции

Гражданин Савенко Эдуард Вениаминович более известен широкой публике как писатель Эдуард Лимонов, чьё наиболее «раскрученное» произведение — роман «Это я — Эдичка» — стало пионером неподцензурной литературы в новой России. Уехавший из СССР в 1974 году как авангардный поэт, а вернувшийся в 1992-м как известный прозаик, Лимонов всё чаще заявляет о себе в качестве политика, в частности — создателя и председателя Национал-большевистской партии России. Некоторые из мыслей, высказанных им в беседе, представляются мне весьма небезынтересными.

— Я участвовал во всех событиях нашей трагической истории последних лет, — рассказывает Лимонов, — был во всех горячих точках… был со своим народом и этим горжусь. Я считаю, что, подставляя свою шкуру, человек совершает жест. Причём я всегда был на стороне побеждённых, в отличие, скажем, от Ростроповича, — его позиция мне кажется менее благородной…

Я более восемнадцати лет прожил на Западе, накопил массу информации в ходе общения с реальными людьми и именно поэтому выступаю с антизападных позиций. Все лидеры иранской, вьетнамской, китайской, даже кампучийской революций, — все они учились на Западе, чаще всего во Франции. Человек приезжает оттуда убеждённым антимондиалистом и антикапиталистом. Очевидно, так сильно раздражает эта система, низведшая человека до положения машины. Именно об этом я написал книгу “Дисциплинарный санаторий”.

Я встречал немало хороших, добрых, щедрых американцев, французов, но сама система западной цивилизации абсолютно неприемлема, и особенно — для России. Ведь “Запад” — это примерно 20 стран из более чем двухсот, и остальные никогда не смогут имитировать их образ жизни, их модель поведения. “Запад” — это в основном протестантские страны, а протестантская философия в корне отличается даже от католической, не говоря уже о православной. Протестантам впервые среди христиан было позволено давать деньги в рост. Что всегда до этого было прерогативой иудеев. Мы, русские, не можем переделаться под них; в лучшем случае, выработаем что-то своё, особое, о чём я и писал в 1990 году в статье “Брат наш богатый Кальвин” в “Собеседнике”.

Что касается моей партии, то её основы прекрасно изложены в книге Михаила Агурского “Идеология национал-большевизма”. Это течение в Германии было представлено Никишем, в России — Устряловым, из писаний которого много почерпнул Сталин. Основная мысль течения — соединение идей национальной и социальной справедливости. Даже Геббельс в своё время исповедовал близкую идеологию, она дискутировалась и в немецких, и в советских газетах с 1918 где-то по 1930 год. Кстати, национал-большевизм преследовался Гитлером ввиду отсутствия в нём расового компонента. Короче говоря, это была идея истинного, разумного национально-социалистического строя.

Мы — натуральные продолжатели этого дела. Партия основана совместно мной, философом и политологом Александром Дугиным, тогдашним студентом юрфака Тверского университета Тарасом Рабко и рок-музыкантом Егором Летовым. Зарегистрирована 8 сентября 1993 года.

Мы не говорим о возрождении старого режима, как Зюганов. Что умерло, то умерло — естественной смертью. КПСС, 15-миллионная организация, сдалась без боя, дискредитировав себя. Мы говорим не о реставрации, а о национальной революции с целью отстранения от власти правящего класса.

В борьбе демократов против коммунистов победили чиновники. На последних президентских выборах конкурировали люди, живущие в одном подъезде. Правящий класс представлен бывшими боярами от КПСС.

Я ничего плохого не могу сказать о большевиках до 1953 года. Но затем они потеряли большевистский дух, обуржуазились и лично, и идеологически. И вот теперь, минуя ряд немощных КПСС-овских цезарей, мы пришли к больному Ельцину.

Я обожаю историю, и меня удивляет одно совпадение. В 1308 году Филипп Красивый сжигал на костре тамплиеров, и главный магистр ордена проклял династию Валуа. И всего через двадцать лет династии Валуа не стало! За это время пять (!) королей умерли чудовищной смертью — прямо как наши Брежнев, Андропов, Черненко и позорно ушедший Горбачёв.

На выборах 1993 года КПРФ меня просто-напросто “кинула”, выставив против меня своего кандидата в 172-м Тверском избирательном округе. Предварительно я имел шесть разговоров с Зюгановым, и было решено, что КПРФ не станет мне мешать. Но всё же я для старой номенклатуры оказался “не свой”, и она отказалась потесниться. Я считаю, что это была огромная её ошибка. После этого мы, националисты, КПРФ просто не верим. В новых условиях эти люди к работе просто не способны.

Сегодня Россию могут спасти, к сожалению, только крайние меры. Реформы были возможны в 1986-м, 1987-м. Сейчас же мы вынуждены действовать в условиях, созданных до нас другими. Мы не фашисты, но вынуждены действовать экстремально. Кстати, под шумок о фашистах, сионистах и прочих колоритных врагах приходит враг настоящий, но совсем в другом обличии. В первую очередь это янки с замашками вселенского жандарма. В Агентстве национальной безопасности по всему миру работает около 200 000 человек, собирающих и обрабатывающих информацию по самым закрытым каналам. В конце концов, люди, развязавшие чеченскую войну, гораздо опаснее всех фашистов и сионистов.

Сегодняшний оппозиционный блок, возглавляемый КПРФ, сдавший свои радикальные позиции, уже не отличим от власти. Он голосует за бюджет, он работает с властью бок о бок. Всё это напоминает двух сплётшихся спрутов — не поймёшь, где чьё щупальце. Интересно, что бы сказал Ленин о поездках лидера компартии в США? Какого дьявола, о чём с ними договариваться?!

Герой нашего времени — это Рыбкин, обтекаемый такой. Он один из сопредседателей КПРФ, он основал Аграрную партию и состоит там, он же в партии власти. Иван Петрович, великолепный обкомовец, совершенная такая рыба… Эти люди были годны для другой исторической эпохи. Сейчас они — вред. Это как если бы великий князь возглавлял пролетарское правительство. А у нас демократию делают партийные секретари. Они уже ни на что не способны, но им нужна работа, нужен кабинет, нужно все развалить к чёртовой матери. Они никогда не отдадут первенства в этой богатой стране.

Мы всегда стремились поддерживать дружеские отношения с левыми радикалами. Например, с Анпиловым. Его сейчас обвиняют во всех смертных грехах, но ведь именно он первым выводил народные массы на демонстрации в 1991-93 годах, а все остальные “вожди” выросли на его митингах. А потом просто узурпировали власть у Анпилова.

С умеренной, парламентской оппозицией мы объединяться не хотим и не можем. Наши пути разошлись идеологически — с 1993 года, когда “Советская Россия” перестала публиковать мои статьи.

Часто, указывая на десяток персонажей программы “Куклы”, говорят, что им нет альтернативы. Но у нас огромная страна, масса умных и толковых людей, пока неизвестных. Нужно больше нормальных, здоровых людей из провинции, чтобы убрать всю эту московскую тусовку. Предпочтительнее — никогда не занимавшихся политикой. Доказательство тому — русская революция, когда 16-17-летние руководители ревкомов и фронтов успешно поднимали людей на борьбу.

Недаром Мао в свои 68 лет начал культурную революцию. Это была честная и великолепная попытка гениального политика разрушить уже создавшуюся бюрократию.

У нас поднял голову новый класс — “новые русские”, который для общества в общем-то бесполезен. По данным Всероссийского совещания молодых предпринимателей 1996 года, только 7 процентов делают деньги в производстве, а все остальные — в финансовом бизнесе, то есть наживают деньги на деньгах, и в перепродаже. И никому-то они особенно не помогают, и щедрость их сильно преувеличена. В массе своей это просто хамьё, довольное своей “мерседесиной” и коньяками за $ 10 000. Да и кто они такие? Вот глава “Газпрома” Рэм Вяхирев — бывший заместитель министра газовой промышленности Черномырдина. Вот главный редактор “Московского комсомольца” Павел Гусев — бывший секретарь Краснопресненского райкома комсомола. Все разговоры о “теневиках” имеют целью прикрыть постыдный факт — что у нас в стране собственность захватила номенклатура. Так что “новые русские” — это миф.

Мне всегда были симпатичны лидеры, приводившие с собой новых людей для новой политики — будь то Пётр с птенцами своего гнезда, даже иностранными, будь то Екатерина — немка, но отличная русская государыня. Да и с Лениным пришли совершенно новые люди. Нашей проблемой всегда были старые кадры, когда-то называвшиеся боярами, а теперь номенклатурой. Они готовы бегать от царя к царю по несколько раз в сезон — ради сохранения власти. Поэтому я считаю, что должен прийти новый политик с новыми людьми. Это наш единственный шанс. Иначе мы будем существовать лишь физически, но не исторически.

В 1996 году я при комитете геополитики Парламентского центра работал над текстом “Заявления о правах русского народа”. Там говорится о воссоединении русских на одной территории путём пересмотра границ, например, с Северным Казахстаном, где идут прямые репрессии против русского населения, замалчиваемые в интересах г-на Назарбаева. Путём референдума спорными должны быть объявлены территории, где русские составляют более 50 процентов населения. За своё надо бороться. Опасно разделять большой народ, оставляя за границей 25 миллионов человек. Ведь и Вторая мировая война началась по причине разделённости немцев по Версальскому договору…

Мы выступаем против включения России в мировую экономику, где мы не способны конкурировать и несём большие потери. Мы предложили временно опустить “экономический железный занавес” на границах, попытаться воспользоваться только своими ресурсами — у нас их огромное количество. Не обязательно сразу всем ездить на “Мерседесах”, надо жить по средствам.

Мы предлагали в качестве меры борьбы с преступностью ввести институт шерифства как продолжение традиции участкового милиционера или городового, чтобы у каждого был свой квартал. Платить шерифу очень хорошие деньги, наделить исключительными правами, в том числе и в плане применения оружия, дать возможность самостоятельно подбирать себе помощников, информаторов и выделять на них средства, положить его семье солидную пенсию в случае гибели. Отбирать таких людей надо крайне строго, и это, безусловно, обеспечит порядок. Организованная преступность касается очень богатых людей, а всех остальных донимает неорганизованная, с которой шериф и призван бороться.

Мы внесли законопроект о запрещении абортов. У нас их, по данным Каирской конференции, производится 4 миллиона в год. Это чудовищно, и никакие ссылки на то, что тяжело жить, не могут этого оправдать. На данном этапе, когда русское население уменьшается на несколько миллионов ежегодно, аборт становится уже не проблемой совести женщины, а ударом по национальным интересам. Нужно вести активную антиабортную пропаганду, поощрять семью, давать ей льготы и помощь, причём ощутимую. Дети — это залог существования нации, не только в будущем, но и в настоящем.

Сейчас мало говорят о Лимонове-политике, предпочитая Лимонова-писателя, Лимонова-фашиста, Лимонова-гомосексуалиста и так далее. Из меня — при квалифицированной помощи телевидения — сделали монстра. Но я всегда отсылаю оппонентов к словам своего героя Эдички: “Нет в моём сердце злобы. Нет…”


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.